ТАВЛЕИ. О русских шашках. И не только... ПЛЮС - лучшие самообучающиеся программы для игры в шашки


Галина ЛЫСАЯ

ТИХОЕ МОЁ СЛОВО

  (к посетителям сайта «Тавлеи»)

Случайности – язык Бога

21 ноября – «Собор Архистратига Михаила и прочих небесных сил бесплотных».

Неслучайная «случайная» встреча в уютном доме Михаила Ветрогона, г.Татарбунары (случайно ли «на Михаила»?!), с его старшим братом Григорием.

Третья наша встреча…

Первая, действительно случайная, состоялась в больнице в 1998 году, где я лежала со своими «болячками», и куда пришла Виктория, жена младшего его брата Михаила, беременная на последнем месяце (это будет первоклассник Андрей, которому сейчас 6 лет). Привела Вика какого-то бородатого мужчину, мы разговорились, я ему подарила два свои сборника, которые у меня были в тумбочке. Ну, и вроде «забыла».

Потом оказалось, что этот бородач, старший брат Миши, сделал и «издал» сборник «Вера. Надежда. Любовь» тиражом 5 (пять!) экземпляров, в котором центральное место занимала Галина Лысая и ее стихи. И вот это, незначительное вроде событие, помогло мне утвердиться в моем призвании и вызвало определенный резонанс в России. Я не знаю, кому попали каждый из 4-х оставшихся сборников (один экземпляр получила я). Но, наверное, к нужным людям. Во всяком случае, Петухова Майя, г. Москва, прислала мне два ярких письма, в которых искренне благодарила за мои тихие стихи (а узнала она о них как раз из этого сборника). И пусть оба письма забрали в Татарбунарский народный архив, но благодаря этим письмам (в частности!) я сумела преодолеть депрессию, и опять стала писать стихи в своих тетрадках.

Вторая наша встреча состоялась через два года, по итогам которой (я полагаю) Г.Ветрогон и создал на своем сайте «Тавлеи» раздел «ПОЭЗИЯ», и открыл этот раздел моими стихами. Об этой встрече Григорий Иванович пишет в своем "Слове редактора".

И вот, третья наша встреча, и опять – стихи, стихи…

А ведь всё в моей жизни начиналось с них, с тихих моих стихов. Начиная с отчего дома, с мамы, папы, нашей семьи, где в бедности, в убогой землянке ютились мои девять братьев и сестер. Всегда я писала – и днем, в перерывах между бесконечными деревенскими заботами, и ночью, при тусклом свете керосиновой лампы. Сколько себя помню, всегда писала. Многое пропало, затерялось в бездне лет, но вот это ощущение причастности к большой Поэзии сохранилось до сих пор.

И вот, уже тогда я понимала мир совсем по иным критериям, не принятым в нашем кругу. Белая ворона…

* * *

Я всегда искренне любила стихи. «Кобзар» Тараса Шевченко был у меня главной (и единственной!) книгой детства. Лишь только я выучилась читать, я запомнила наизусть многие его стихи.

«Реве та стогне Дніпр широкий,
Сердитий вітер завива,
Додолу вербі гне високі,
Горами хвилю підійма...»

В книге «Доля» у меня есть стихотворение, посвященное Тарасу Шевченко. Я люблю его стихи, и любовь эта останется со мной навсегда.

* * *

Мені ж, мій Боже, на землі
Подай любов…

Т. Шевченко


Просив поет: – «Подай, мій Боже,
Мені любов…» І Бог, як дар,
Дав йому СЛОВО на сторожу
І СЛОВО вилилось в «Кобзар».

Вкраїни пам’ятник могутній
Якому не роки – віки!
Будь перепусткою в майбутнє,
Де рідне слово, в дві руки

Приймає кожная людина,
Бо в нім є ПРАВДА! Знає всяк,
«Кобзар» – це наша Україна,
Конкретна доля: брат, козак,

Кріпачка, наймичка, сирітка,
І батько, й матір, і сестра.
Де кожному відкрита хвіртка
До слів любові і добра.

Це наш поет велінням Божим,
Все переживши серцем сам,
Поставив СЛОВО на сторожі,
Мов заповіт залишив нам,

Що Україні вічно жити!
Бо в кожній хаті – ПРАВДА є,
Де вистраждане й пережите
Все не позичене – своє.

Де тим, що каламутять воду,
Не втриматися на коні,
Де не сховати від народу
Безправ’я, злодіянь, брехні.

Ти вір, Тарасе, – голуб сивий,
В слова пророчії свої,
В хвилини розпачу і гніву
Брати обнімуться твої.

І слава про Вкраїну рідну
Розійдеться по всій землі.
«Кобзар» твій – доля наша гідна –
Повік світитиме в імлі.
 

Теперь, когда мне «перевалило» за 55, я понимаю, что всегда шла рядом со стихами, они сопровождают меня везде – и в горе, и в радости. Стихи живут со мной и в будни, и в праздники. Точнее, я живу в стихах – отнимите от меня поэзию – и меня больше нет…

Александр Кушнер точно сказал:

«Времена не выбирают,
В них живут и умирают…»

Вот это ощущение уникальности времени, в котором живешь, пытаюсь выразить и я:

Не выбирают время. Где судилось,
Там и живу, и молю неба синь
Даже за то, что здесь я поселилась,
Ромашкой белой в горькую полынь.

«Горькая полынь» – это мое детство, моя юность…

Иногда мне кажется, что у меня не было ни того, ни другого. Но память – это не то, что было, а то, что осталось.

Из детства осталось одно – неуют. После 8-ми классов пошла работать дояркой. Потом, уже в замужестве, имея двоих детей, закончила экстерном Татарбунарскую среднюю школу. И после получения аттестата поехала в Киевский госуниверситет поступать на факультет журналистики. Не прошла по конкурсу. На следующий год опять поехала туда же, в Киев, и опять не поступила. А ведь в активе имела вполне достаточно и публикаций, и опыта работы со Словом. Но – Господь не попустил. Наверное, так было нужно. Во всяком случае, я не заблудилась в этом суетном мире и осталась самой собой.

Вернулась из Киева домой, поступила и закончила Ананьевский сельскохозяйственный техникум бухучета. После окончания техникума стала работать бухгалтером. Так, наверное, было надо – ведь и Борис Чичибабин, один из лучших наших поэтов, тоже всю жизнь работал бухгалтером…

«…Остановите век, и дайте мне сойти…»

И часто ловлю себя на мысли, что все мои беды и радости связаны со стихами.

Спасибо, Боже, что даешь так много.
А я твой дар вовек не подведу.
Простите все, с кем я иду не в ногу.
Я со стихами рядышком иду…

За то, что «воровала» себя у семьи, всегда у всех просила и прошу прощения – у папы, и мамы, братьев и сестер, у мужа и детей. Вместо того, чтобы больше уделять им времени, я все свое время уделяла стихам.

Покаюсь во всём, в чём моя есть вина.
Простите! – промолвлю без гонора.
Простите, родные. Простите, родня,
Скажу на четыре все стороны.

Всегда просила прощения, да не всегда прощали…

* * *

Моя поэзия посажена на незащищённой территории. На семи ветрах. Ни знатности иль достойного рода, ни образованья, ни кресла, ни званья. Одна-единственная защита – мои незащищенные стихи.

З дитинства, спершись лиш на ноги,
Через сніги, тумани, лід
Вели мене мої дороги,
А муза йшла за мною вслід.

Мене біда не обминала.
Так вже судилося в житті,
А муза вперто піднімала,
Коли я падала в путі.

Недоля ставила підніжки
Образливі – на рану сіль.
І я, безсило впавши в ліжко,
Не раз виплакувала біль.

Були: розлука й зрада друзів,
Нерозуміння й заздрість зла,
Та подавала руку Муза
І словом до людей вела.

Вот именно – к людям.

Не обижусь и не заплачу,
И не стану сама судить,
Когда обо мне судачат,
Что я не умею жить.
Да, жизнь моя смехотворна:
Скитаясь по кольцам лет,
За правду строк стихотворных
Я сердцем несу ответ.

Я всегда серьезно и ответственно подходила к рождению каждого слова, потому что это была заложенная свыше потребность, захватывающее откровение. Думаю, именно этим объясняется тайна людской (народной!) любви к моим земным стихам.

Не зная теории стихосложения, но, не умея жить без стихов, я выработала собственную «оправдательную» формулу творчества:

Чтобы писать стихи – надо любить. Ведь талант – это дар Божий, а все Божественное растет и развивается только в мире любви.

Открываю дверь стихами
В мир любви и доброты.
Кто-то поспешит вдруг к маме,
Кто-то вымолвит: «Прости…»

А любовь имеет свойство не только создавать, но и призывать! И меня Любовь призывала! Всегда, со всех четырех сторон!

Вот и сегодня призвала – на Михайлов день, в дом Миши Ветрогона.

За стенкой спят отчаянные парни – тринадцатилетний Алексей и шестилетний Андрей. Рядышком забилась в чутком и беспокойном сне уставшая за последние недели от тревог и проблем жена Михаила, удивительно светлая женщина Виктория. Трудно ей, волнуется, переживает. А «объект» её забот, родной муж находится в Одессе, в областной больнице. Слава Богу, позади страшные дни реанимации…

Миша, Мишенька, родной ты наш! Если бы ты знал, сколько любви исходит из сердца жены твоей Виктории! Это высшая молитва, истекающая из ее сердца, поставила тебя на ноги. Это твоя свеча, огонёк которой светит, греет, показывает дорогу.

Пока в моем сердце бой
И видят свет мои очи –
Я буду тебе свечой
Светить среди дня и ночи.

Чтоб всякой беде назло
Остался самим собою,
Чтоб было тебе светло –
Я стану тебе свечою.

Любовь к тебе сквозь века
Светит свечою ясной.
И даже на сквозняках
Свеча моя не погаснет.

* * *

21 ноября, первый морозец за окном. А в доме тепло, светло, уютно. Никто и ничто не мешает тихому общению с Григорием Ветрогоном. Он знакомит меня со своим сайтом «Тавлеи», в первую очередь с разделом «ПОЭЗИЯ», которая открывается страницей обо мне. Боже мой, какая милость к моему слову! Признаюсь честно – никакой гордости я не чувствовала, хотя впервые видела всю эту работу, «посвященную» мне (впрочем, Интернет я тоже видела впервые). Но выражаю искреннюю благодарность и самому сайту «Тавлеи» (обращаюсь как к живому!), и, конечно, коллективу сайта «Тавлеи». Но, в первую очередь, сидящему рядом малознакомому, но такому родному бородачу с удивительно светлыми глазами – редактору сайта Григорию Ветрогону. А также – его величеству случаю, заставившему меня приехать в Татарбунары.

Воистину – случайных встреч не бывает. Кто-то послан нам, кому-то посланы мы, и все мы посланы друг другу для нашего Блага. Воистину, все «случайности» – посещение Божие. Даже болезнь брата Михаила, заставившего Григория бросить все дела в Новом Быту (и даже свою любимую внучку Полину!) и примчаться в Татарбунары – нам на благо.

* * *

Я во все глаза всматриваюсь в экран монитора, вычитываю слова, строчки, столбики стихов, и мне хочется плакать.

Говорят: «Слезы радости – Господне вино». Может быть, для мира в целом и сам сайт «Тавлеи», и раздел «ПОЭЗИЯ», и тем более, страница Г.Лысой – события незначительные. Но для меня всё то, что я видела, представляется исключительно важным! Ничего не понимая ни в компьютерах, ни в Интернете, я сердцем понимала, что всё, что я видела и читала, в самом своём существовании уже открывает перспективу моим тихим стихам выйти к людям. И этот путь ранее для меня был в принципе недоступен. И я понимаю, что те люди, к которым, благодаря сайту «Тавлеи», приходит моя поэзия – люди особенные, может быть, более искушенные в поэзии, более грамотные и более эрудированные. Но я полагаю, что и к вам мои стихи найдут свой путь. С Богом!

Поэзия – это чудо, лишь надо уметь видеть и слышать. «Имеющие уши, да услышат!».

Всё пишу, что наблюдаю,
Вижу наяву.
Я стихи не сочиняю,
Я в стихах живу!

Говорят: «Тебе поэтом
Никогда не стать.
У тебя за темой этой
Сказки не видать.

У тебя слились все вместе
Радость и беда».
Не писать о жизни если,
Так о чём тогда?

Дорогие посетители сайта «Тавлеи»! Спасибо вам, что остановили взгляд на моей удивительно конкретной фамилии – Лысая. Мне кажется, я родилась с этой фамилией, так она мне к лицу… А волосы у меня хорошие, красивые, свои собственные.

* * *

Будем знакомы! Благодарю всех и за всё! Зная о собственных «непрофессиональных» недостатках, прошу каждого, кто будет искать ошибки и недостатки в моих стихах. Не судите строго. Помните – в этих строчках отражены реальные судьбы живых людей. Но скажу Спаси-Бо за любые полезные замечания, за подсказку, поддержку. Поверьте, в простых стихах есть некая тайна, которая и дальше будет связывать нас, если вы согласитесь прочитать две мои книжки – «Свеча» и «Доля» (на украинском языке). Не зря в народе говорят: «Где просто – там ангелов со ста». Ведь они уже родились, эти стихи, и, как дети, требуют внимания и одобрения.

Дай, Господи, мне быть самой собой,
От жалости к себе избавь, Всевышний,
И тает жизнь алтарною свечой,
И красит стыд лицо дозрелой вишней.

Стыд за грехи по слабости земной
За то, что дух опутан сетью лени,
Но срок придет (у каждого он свой),
Когда вдруг жизнь поставит на колени.

И переполнит чашу боли крик,
И запечет на ране сердца – солью,
И истина откроется в тот миг,
Что все живое родится из боли.

Как из боли и Любови рождается ребенок, так у меня рождаются стихи. Да, из боли и любви! А ведь болела, ох, как болела! Болело тело, болела душа.

Правили, выправляли и меня, и мое слово. «Профессора» от литературы говорили мне: «Ваши стихи недостойны публикации в нашем издании». Говорили: «Да кому нужен твой борщ?» (стихотворение «Вкусно пахнет борщ в кастрюле» в сборнике «Свеча»), «Причем здесь твой муж?» (стихотворение «Подвірний обхід» в книге «Доля»), «Хватит нравоучений», и прочее, и прочее. Много чего было сказано маститыми «дарованиями» и «руководителями от культуры». За мной прочно закрепилось звание «самозванки», однажды брошенное в лицо поклонникам моей поэзии (моим защитникам!) в ответ на их просьбу обратить внимание на сельскую поэтессу (не люблю этого словосочетания). Имеющие власть сказали: «А кто эта ваша Галина Лысая? Это же самозванка! Её и не просят читать свои стихи, а она всё равно идет сама».

Не хочу писать о боли! Не хочу, чтобы вы, мои читатели, знали имена многочисленных моих хулителей – тех, кто уродовал мои строчки, кто завидовал мне (а зависть переходила в ненависть), тех, кто смотрел на меня в лучшем случае, как на «странную». Но в том, что «не просили» – правда. Но не просило «начальство», а простые люди – просили, и я шла к ним, никогда не отказывалась от встреч. И почти всегда – в убыток себе. Но не зря еще Маяковский написал:

«Мне ни рубля не накопили строчки…»

Собственно, об этом пишу и я:

Село про мене розмовляє:
«Навіщо їй ця писанина?
Цілими днями щось складає,
Мов кубик Рубіка дитина».

А я, подякувавши долю,
Щоб не образилась рідня,
Схиляю голову до столу
Над білим аркушем щодня.

Спішу творить. Бо думка б’ється:
Що, як зійду з землі лиця,
Для мене «там» вже не знайдеться
Навіть простого олівця…

Да что там говорить! Первый мой сборник, «Сільська мадонна», вышел в 1992 году, когда мне уже было 44 года. Хорош «молодой» поэт, нечего сказать! А уж с какими трудностями выходила и эта книга, и все последующие, включая два моих последних сборника «Свеча» и «Доля», выложенные на данном сайте «Тавлеи» (скоро это будет сделано – ред.) – и говорить не буду. Главное – другое. Мои стихи, как трава сквозь асфальт, все же пробиваются к читателю.

Ні продати, ні купити –
Так вже в мене вийшло.
У розхристанім цім світі
Я лиш пишу вірші.

А все, врешті – проходяще,
Промайне як вітер.
Кажуть родичі: «Ледащо,
Не умієш жити.

На базар не носиш сало,
А з базару – гроші».
Кажу: - «Я ось написала
Віршичок хороший».
Мені кинуть у обличчя:
«Краще б щось робила!
Господині ж бо не личить,
Щоб в книжках сиділа».

< . . . >
Буду в відповідь мовчати,
Та не зраджу мрію,
І продовжую писати,
Бо одне лиш вмію.

Тим, що продають – купляють,
Грошей вічно мало.
А вірші? Вірші читають –
Недарма писала.
 

* * *

Народная мудрость гласит: «Много говорить и много сказать – не одно и то же».

Написала много, да главного не сказала. Главное же – и в моей судьбе, и в моей поэзии – это окружающие меня люди. Вот моя нива, выделенная мне Богом для возделывания.

І не переконати вже мене,
Що слово БОГ я серцем розумію.
Я сію СЛОВО, може, хтось пожне.
А не пожне... я все-одно посію.

   С любовью, Галина ЛЫСАЯ,
   Татарбунары, 21 ноября 2004 г.






© 2001-2017 Gr.Vetrogon,   © 2001-2017 TАВЛЕИ,   Webmaster